Жду Вас на консультацию по телефону
+7 (499) 130-80-69

Чемянов Георгий Станиславович

пластический хирург, кандидат медицинских наук, член РОПРЭХ

(Российское общество пластических, реконструктивных и эстетических хирургов)

член IPRAS

(Международное общество пластических, реконструктивных и эстетических хирургов)

Блог Георгия Чемянова

  • Архив

    «   Ноябрь 2018   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2 3 4
    5 6 7 8 9 10 11
    12 13 14 15 16 17 18
    19 20 21 22 23 24 25
    26 27 28 29 30    

О чем говорят врачи: идеал как бич нашего времени

bf2b8feecf065ac53ad3759631d2e6b8.jpg

Пластический хирург Георгий Чемянов со слегка разбитым сердцем констатирует, что женщины вокруг стали одинаковыми. И размышляет, почему это так — и что с этим делать?

Я встретил девушку, полумесяцем бровь, и девушка мне эта понравилась. Конечно же, встретил я ее в инстаграме. Три романтических лайка, два трагических, пара веселых и остроумных комментариев — в общем, роман развивался бешеными темпами без отрыва от производства. Внутри меня уже буквально играл марш Мендельсона, потому что девушка была идеальна — еще и моя коллега, думал я, как удобно, будет что обсудить долгими зимними вечерами. Лет тридцати пяти где-то, размышлял я, почти ровесница. Настоящие джентльмены о возрасте не спрашивают, но я-то профессионал, я такие вещи считывают налету даже сквозь фильтры «сьерра» и «лоу-фай». А потом как-то, слово за слово, и внезапно выясняется — королеве моих грез всего 28.

Сказать, что я был посрамлен и уязвлен — ничего не сказать. Мало того, что я промахнулся, но я промахнулся еще и не в ту сторону, профессиональная гордость бы пострадала куда меньше, если бы 35-летней барышне я бы сходу сбросил десяток лет. Порадовался бы такой умелой работе коллег, в конце концов. Лучше бы лодка любви разбилась о быт или географию. Но эта история (и пролистывание в очередной раз армии инстаграмных клонов с идеальной кожей), заставила меня задуматься.

На самом деле, вся индустрия сейчас направлена на то, чтобы максимально унифицировать лица. Грудь, например, мы все же стараемся «подогнать» под имеющуюся реальную фигуру. А лицо же — оно вроде как отдельно, само по себе, и корректировать его можно как угодно, подгоняя губы и скулы исключительно под пожелания клиентки и стандарты, сложившиеся в последние годы. А стандарты на то и стандарты, чтобы давать максимально похожий результат.

Беда нашего времени называется V-shape. Двадцать лет назад идеалом считался овал, сейчас — треугольник. Формула отточена, техника отработана: V-образное лицо, щеки поменьше, скулы повыше, острый вздернутый подбородок. Без возраста. Без морщин, без складок. Губы — конечно же губы! Эта конструкция «садится» примерно на любую костную структуру.

В первую очередь этой формуле стараются соответствовать врачи-эстетисты. Их встречают «по одежке» — поэтому они должны являть собой все достижения инъекционной косметологии. Ну и они и являют — в меру (или не в меру?) своих возможностей и вкуса. И здесь я хочу прямо-таки воззвать к вашему здравому смыслу. В данном случае внешний вид специалиста — это не его внешний вид. Это маркер его адекватности. Если косметолог переколол себе губы, то, вполне возможно, он искренне считает, что именно так — красиво.

И он — не одинок, вот что печально. «Естественность»,  «привлекательность» и «гармония» сегодня — не синонимы. В глазах многих красивая естественная грудь восемнадцатилетней девушки проиграет идеальной форме имплантированной груди тридцатилетней женщины. Гармония никого не волнует — всем нужна идеальность. Она является каким-то своеобразным доказательством успеха. Именно поэтому все «миллионницы» инстаграма выглядят примерно одинаково: пухлые губы, высокие скулы, очень длинные ресницы, вычищенная кожа, виниры такие белые, что можно ослепнуть. Это не демонстрация красоты — это демонстрация финансовых возможностей.


c7e9c9f8a528cbc1cb44dfca33008319.jpg


Мужчины тратят первые крупные деньги на «ролексы» и «бентли», женщины — на зубы и губы. Когда деньги и успех становятся нормой, ты начинаешь воспринимать вещи по-другому. Их ценность в твоих глазах снижается. Они перестают быть достижением, которое надо немедленно всем предъявить. Девушки, которые красивы от природы, редко позируют так, как делают девушки, которые приобрели эту красоту на рынке косметических товаров и услуг: закусив щеку (чтобы подчеркнуть ВЫСОКИЕ скулы), открыв рот (потому что не только губы, но и зубы), прикрыв глаза, чтобы были видны ресницы. 

Они просто воспринимают свою красоту как нечто естественное и относятся к ней проще.

Но, видимо, до этой нормы и такого восприятия красоты нам пока далеко. Пока количество просьб «сделайте естественно» снижается. Количество просьб «давайте побольше, кардинальнее, не стесняясь, не сдерживая себя» — растет. Еще меньше щеки, еще выше скулы! Губы Анжелины Джоли считают средненькими, слишком натуральными. Дожили, что сказать. Но посмотрите на самых известных голливудских актрис старого поколения — конечно, они борются с возрастом, и да, делают все, что могут, и к их услугам буквально все достижения медицины. Но мало кто стремится изменить себя: они знают цену своим горбинкам и морщинкам. Это их индивидуальность.

Когда ко мне на прием приходит пациентка и показывает в качестве примера для подражания какую-нибудь Insta-It-Girl, я хочу показать ей Мэрил Стрип. С ее неидеальным длинным носом и не самыми выдающимися губами. Иногда — показываю. Иногда — удается. Но это — капля в море огромного тренда.

Как бы нам всем там не утонуть.

И, возвращаясь к моей несостоявшейся пассии. Не знаю, поможет ли кому-то это соображение, но, дорогие мои, знайте, что это так: лица, доведенные до идеала, лица hand-made-V-shape, всегда выглядят старше. Возможно, срабатывает подсознание: у юных девчонок на такие губы и скулы денег нет. У них просто есть молодость.

О чем говорят врачи: ехать ли за новым лицом за семь морей?

cbc15f832e07340e5532588ee104801e.jpg

Медицинский туризм — модная тема. Куда за чем надо ехать? И надо ехать ли вообще? Пластический хирург Георгий Чемянов размышляет, работает ли истина «хорошо там, где нас нет» в разрезе эстетической медицины.

Всего каких-то 10 лет назад съездить «туда» на операцию могли себе позволить только очень богатые люди. И они ехали. Главной целью этого мероприятия было найти хорошего врача, заплатить ему круглую сумму в евро и «себя показать». 

Хорошо не там, где нас нет, а там, где мы были, а сосед еще не добрался. Ездили всюду, чаще — в Швейцарию. 

Швейцария была меккой российского эстетического туризма. Потому что там La Prairie, овечки, традиции и педантизм, который хорош не только при сборке часов, но и при ремонте лиц.

Глобальная смена парадигм произошла два года назад, когда рубль резко пошел вниз. Тут все внезапно вспомнили, что в России, в общем-то, тоже очень неплохая медицина, и нашим врачам — бинго! — можно доверять. Тогда же выяснилось, что у нас есть не только «медицина вообще», но и такое ее направление, как пластическая хирургия. И в ней, оказывается, мы тоже ушли заметно дальше топора и напильника, чудесные новости!

И в Москву потянулись люди — сначала Дальний Восток, который до этого привычно катался в Азию (им туда ближе и, пока рубль был крепкий, Азия была в два раза дешевле). Следом — русскоговорящие товарищи, живущие в Европе и Канаде, в которых внезапно проснулась любовь к Родине. А потом заработало сарафанное радио, и пошла вторая волна — в Россию поехали друзья и друзья друзей, уже самые настоящие иностранцы.

Ну а что? Они тоже не прочь были сэкономить.

Но на сегодняшний день дело уже не только в экономии. Последние годы на мировых конгрессах именно наши доктора показывают европейцам и американцам, как надо работать. Потому что у нас уже накопился огромный опыт. Ведь в России, как известно, женщины хотят быть красивыми несмотря ни на что. И этот сумасшедший спрос и за те же 
обозначенные 10 лет дал нам возможность прокачать любые навыки.

Не так давно меня пригласили провести мастер-класс по методикам Aptos. Причем — в той же Швейцарии, в Женеве. 

Мастер-класс — это такая процедура, на которой присутствует один пациент (ну, это понятно), один доктор, который ее выполняет, и еще 50 докторов, которые на это дело смотрят. Первое, о чем предупредила принимающая сторона — не слишком усердствуйте. Пусть результат будет настолько легким, насколько возможно. Сначала я, признаюсь, удивился. Но потом выяснилось, что это не каприз конкретных организаторов конкретного мероприятия, и просьба взялась не с потолка. Оказалось, она отражает глобальную разницу в менталитете. 

Европейские дамы воспитаны так, чтобы принимать приметы возраста спокойно, и даже с некоторым оптимизмом. Француженка может даже порадоваться милой мимической морщинке (мои слезы и мой смех, не расстанусь с ними никогда), тогда как русская девушка этой морщинке ужаснется, примет успокоительное по вкусу и на следующий день с холодной головой пойдет решать проблему. А эстетическая индустрия, как известно, всего лишь отвечает на запросы большинства. Именно поэтому в Европе принято делать такую подтяжку, при которой эффект был бы максимально незаметным. Если в результате операции будет чуть улучшен общий тонус кожи, — француженка будет вполне удовлетворена.

По другую сторону баррикад — американцы.Там все наоборот: чем очевиднее результат, тем лучше. Идеально гладкая кожа, идеально «посаженная» и явно искусственная грудь и прочие наглядные достижения эстетической медицины — не свидетельство скверной работы доктора, а демонстрация платежеспособности пациента и его готовности инвестировать в себя и собственную внешность. Американские хирурги всегда делают чуть больше, чем их просили, и страшно этим гордятся.



У нас такой номер не пройдет. Ни первый, ни второй, Нам нужно минус 10 лет в 50, а иначе непонятно, к чему такие жертвы. И чтоб никто не догадался, потому что иначе опять — к чему такие жертвы.

Но благодаря совокупности первого и второго, российская школа пластической хирургии в настоящий момент — золотая середина. С одной стороны, она гарантирует видимый эффект. С другой — не бросается в глаза и оставляет факт пластической операции как бы за пределами глаз смотрящего.

Иногда ко мне на прием приходят пациенты, сделавшие операции в Швейцарии и Франции. Я осматриваю их и понимаю, что, в большинстве случаев, я бы еще подтянул и подрезал. Самое странное, пациенты часто со мной согласны.

И именно поэтому они не обращаются с претензиями в предыдущую клинику, а ищут других врачей. В эстетической медицине вообще нет как таковых стандартов, регламентирующих результат. Вы не можете после операции прийти к врачу и сказать: «Мне кажется, я недостаточно омолодилась, вы плохо поработали, переделайте все поскорее, и, желательно, бесплатно». Потому что врачу — абсолютно точно — кажется иначе. Ему кажется, что он молодец, и результат ровно тот, что требовался. Просили «естественно» — и получили «естественно»! Птоз — не аппендицит, который недоудалили, и на который можно указать пальцем на рентгеновском снимке. И решающее значение тут приобретают нюансы вкуса и эстетических предпочтений. И да, они могут не совпадать с вашими.

А что же с Азией, спросит дотошный читатель?..

В Азии эстетическая медицина очень развита — в Японии и Корее традиционно стремились к европейским стандартам красоты, и переделывали себя, как могли. Сейчас к ним добавился Китай, где у народа тоже появились финансовые возможности получить голливудскую улыбку, бразильскую попку и греческий профиль.


Но тут есть такой момент. Этнические типы лиц у европейцев и азиатов разные. Я каждый день работаю с европейским типом, и, естественно, у меня набита рука на этот тип. Китайский хирург каждый день работает с азиатским лицом и использует другие методики. Мы чаще всего добавляем лицам объем. А азиатские врачи спиливают кости челюсти и объемы уменьшают. Этнические типы определяют и разницу в толщине кожи и динамике старения, но самое главное — строение лица.

Наглядный пример — блефаропластика.

Если в Европе и США при такой операции иссекаются излишки кожи, то для азиатского лица нужно, наоборот, сформировать изначально отсутствующую складку века. С ринопластикой то же самое — мы укорачиваем носы, они, наоборот, удлиняют спинку.

Поэтому ехать в Азию европейцу за красотой — на мой взгляд, поступок довольно отчаянный.

И, наконец, про внутренний туризм. И это не про курорты Краснодарского края. Не секрет, что, как только вы выезжаете за МКАД, любой ценник падает вдвое. Медицинский — в том числе. Через 150 километров он упадет втрое. И почему бы не поехать?..

Можно ли найти хороших врачей в регионах? Да, можно.

Но — а если что-то пойдет не так?

Недавно ко мне поступила пациентка, которая делала грудь в Белоруссии. Очень состоятельная девушка, легко могла бы позволить себе любого врача в Москве. Но зачем-то поехала в Белоруссию — по рекомендации, к конкретному специалисту. Операцию он сделал очень хорошо, она вернулась домой, и тут shit, как говорится, happened — через три недели швы на одной груди разошлись.

Человек ходил с разрезом на груди, из которого вываливался имплант, и все, что в этом случае мог сделать доктор по скайпу — дать рекомендации. Она обошла нескольких врачей, прежде чем попала ко мне, и никто не брался это переделывать, потому что, по-хорошему, нужно было удалять импланты, выздоравливать, и потом начинать операцию по новой — с тем, что там осталось (а лучше не начинать вовсе). Я тоже изначально был не в восторге от такой перспективы: когда рана остается открытой несколько недель, шансов на нормальное заживление практически нет. Однако решил помочь. Нам повезло: мы промыли все, поставили на место и зашили, и никаких осложнений не было. Но вообще-то, такое везение — случай один на тысячу. Поэтому момент постоперационного ухода тоже нужно учитывать. Доктор должен быть всегда на связи, а вы в любой момент должны быть готовы вернуться к нему для коррекции. Да, в большинстве операций сейчас не нужно снимать швы, не ставят дренаж, современные технологии позволяют обойтись без того и другого. Но у местных пациентов есть возможность явиться на осмотр в любой момент, у иногородних обязательно должна быть возможность консультации он-лайн и очный осмотр спустя два месяца (в среднем). И при всем том, доктор «на удаленке» — всегда дополнительный риск.

Кстати, возвращаясь к вопросу о дороговизне в Москве — об этом тоже есть забавная история. У меня была пациентка, которой мы сделали комплекс омолаживающих операций за один раз. Финансовых затруднений она не испытывала, но изначально операцию хотела сделать именно в Москве и именно у меня — по рекомендации. Ее близкая подруга в это же время поехала оперироваться в Америку, в клинику Дэниэла Бейкера. Это очень известный врач, буквально один из родоначальников пластической хирургии лица, я его книги читаю — можно сказать, легенда.



В процессе они, разумеется, обменивались фотографиями, и на контрольном осмотре, когда она мне рассказывала эту историю, она добавила: «Не знаю, чем так знаменит ваш хваленый Бейкер, мой результат мне нравится больше, но есть один момент. Я всем рассказываю, что делала операции в Москве, и к вам наверняка придут по моей рекомендации, но очень хочется попросить вас не озвучивать им цены. Разница в ценнике между вами и Бейкером —  ровно в 10 раз. Как-то несолидно получается».

Ну что тут скажешь? Богатство шепчет, деньги кричат.

О чем говорят врачи: когда важно остановиться?

0d620c7c71daf5aee9951853e76109cb.jpg

Пластический хирург Георгий Чемянов — об искусстве правильных инвестиций и тех случаях, когда «больше» не значит «лучше».

«Сейчас стало модно инвестировать. Кто-то вкладывается в акции-облигации, кто-то — в образование, а мои пациенты — в своё тело. Не самый, надо сказать, проигрышный вариант на нашем нестабильном рынке, подверженном внезапным и повторяющимся кризисам. Тело — самая твёрдая, на мой взгляд, валюта. Радовать оно вас будет каждый день — непрерывные дивиденды, знаете ли.

Не то, что на обычном фондовом рынке — раз в год.

Но инвестировать тут (как и везде) надо правильно.

Сейчас объясню, к чему это я.
d2224b4a14d5170636fd3dd376d0af01.jpg

Раннее, не по-московски жаркое утро. В моем кабинете — мужчина и женщина. Консультация длится уже около часа. Прения по поводу размера новой груди эффектной брюнетки Лилии не спешат подходить к концу. Ситуация накаляется и все больше напоминает политические ТВ-дебаты. Верх не удается взять ни одной из сторон.

Как говорится, замечательный день: то ли чай пойти попить, то ли повеситься.

Мужчина, яркий представитель влиятельных кругов российского углеводородного сообщества, твердо стоит на своем: «октоберфест» — это, конечно, соблазнительно, но нам все же больше подойдут «Спасатели Малибу». На экране моего компьютера застыл в увеличенном масштабе бюст актрисы XXX жанра, которую я по просьбе спутника отыскал в гугле. Не знаю, как ощущают себя пациентка и её муж, но лично я выжат, как лимон, и одновременно наполнен впечатлениями под завязку.

«Я же буду как порноактриса!..И вообще, как я с ней буду жить?!» – в глазах девушки застыли испуг и недоумение. «С ней» — это вот с такой грудью. 
Нет, девушка и раньше понимала: её внешность — важнейший предмет его гордости. Наряду с машинами (3 шт) и яхтами (1 шт., зато какая.)

0d620c7c71daf5aee9951853e76109cb.jpg

И вот у него появился шанс в один ход удвоить, и, может быть, даже утроить свои очки — в глазах друзей, партнеров по бизнесу и просто любопытных прохожих. Я видел: азарт захватил его целиком.

«Неважно все это! Пойми, ты — моя женщина!» – отрезал он — «Ты будешь прекрасна для меня. Это главное!».

Вечный, как мир, риторический вопрос, если грудь может быть еще больше, то отчего же ее таковой не сделать? Ситуация банальна и наверняка повторялась сотни раз в клиниках по всему миру от Вятки до Сан-Франциско.

«Послушайте, не обязательно же делать её в точности такой, как хочет ваш муж», — начинаю осторожно я, оставшись тет-а-тет с пациенткой. – «Вам же с ней жить, поймите. Вы личность, отдельный человек. А вдруг вы с ним в какой-то момент расстанетесь?..»
В итоге эта пациентка оказалась девушкой тонкой и дальновидной. Мы встретились еще раз в моем кабинете наедине — и сошлись на более естественном размере. Заодно она попросила меня сделать ей «еще что-нибудь», включив это «что-то» в ту же цену. Пусть цена будет даже несколько больше, это неважно, важно, чтобы тихо: «наш муж» даёт деньги только на сись.., ну, в общем, только на грудь.

А я снова подумал о том, о чем часто думаю в подобных случаях. Что пластический хирург, конечно, в первую очередь врач. Путь овладения этой профессией столь же долог и сложен, как путь любого высококвалифицированного хирурга общей практики. Но есть одно важное «но». Пластический хирург должен еще обладать чутьем. Видеть все страхи, комплексы и тайные страстные мечты своих подопечных. Понимать, что многие из них балансируют на грани пропасти и готовы тут же, немедленно, в нее сигануть, предварительно крепко зажмурившись — лишь бы, очнувшись, обрести желанное удовлетворение от отражения в зеркале или взгляда любимого человека.

И прыгать они собираются, разумеется, с моей помощью.

Теоретически я мог бы их слегка подтолкнуть, хотя многим этого даже не требуется. Но на самом деле, я должен сделать наоборот. Заставить пациента задуматься. Оценить риски. Попробовать понять, что тут, как в любом инвестировании, главными качествами является выдержка и умение держаться выбранного курса.

Сделать своевременно правильные шаги. Не переоценить актив. И — вовремя остановиться.
…Была у меня еще одна пациентка. Делая ей раз за разом операции — сначала ринопластику, затем коррекцию ушных раковин, затем еще что-то, — я чувствовал, что она все больше мне доверяет. И, похоже, останавливаться на достигнутом не намерена, хотя её внешность стала практически идеальной. 
И не только на мой взгляд как эксперта в эстетической медицине, но и на мой взгляд обычного мужчины 30 с лишним лет.

Но девушку, похоже, никакой мой взгляд не интересовал. Настолько, что это даже было немного странно. И 
напоминало зависимость. Не от меня, конечно — от пластики.

635730c6922e9a14bf83dcada0a77abc.jpg

Как дать понять пациенту: в какой-то момент инвестиции в этот сектор перестают работать на ваше благо?.. И в какой конкретно момент это нужно дать понять? Как объяснить ему, что еще одна операция не снимет, а, наоборот, может усилить неуверенность в себе? И что лучше иногда синица в руках лучше, чем грудь пятого размера… э-э-э, то есть, чем журавль в небе.

Иногда в таких случаях я просто отказываюсь оперировать. И стараюсь, по возможности, донести до пациента мысль, что смысл жизни не только в совершенствовании внешности, но и в реализации прочих способностей. Знаю, это может показаться грубо, но в чем-то Фаина Георгиевна Раневская была права: многие жалуются на свою внешность, и никто — на интеллект и на мозги».

О чем говорят хирурги: что вы, только не это!

91dbbe5d28c28461a6d3fbe2a31374fc.jpg

Почему люди, для которых уколы ботокса и филеры — тема светской беседы, боятся признаться в том, что сделали круговую подтяжку? Размышляет пластический хирург Георгий Чемянов.

Я часто размышляю над одним феноменом женской психологии. Почему, хотелось бы мне знать, многие дамы, поставив филеры везде, где можно и нельзя, утянувшись нитями, и пройдя все альтеры-фраксели, на мое предложение — «А вы не думали о блефаропластике?» — разражаются праведным гневом.

«Доктор, вы что?! Операция?! Я еще слишком молода для этого!» — слышу я от 45-летней матери двоих детей и уже бабушки. И кстати, именно нависшее веко придает ей возраст. Убери его — и никто больше 35 не даст. Но — нет. Операция — это слишком. Лучше зальем все ботоксом так, чтобы брови сидели, как вороны на ветке в ноябре – неподвижно и угрюмо.

Несколько лет назад я был на премии, которую вручают лучшим профессионалам индустрии — такой локальный «Оскар» среди пластических хирургов и врачей-косметологов, сумевших за текущий год добиться значительных успехов. Премия эта довольно престижная, надо сказать, потому что признание коллег дорогого стоит. Было празднично, красиво, торжественно, с выходами на сцену и речами благодарности — почти как у киноакадемиков.

Вести церемонию вбрали известную актрису постбальзаковского возраста, которая за словом в карман обычно не лезет и действительно умеет шутить.


c47ece8ffc9d580b7dcb3aa785f15a06.jpg

И вот, в самом начале церемонии она говорит что-то вроде: «Я так счастлива сегодня стоять на этой сцене, потому что в этом зале собрались самые лучшие профессионалы своего дела. Я-то еще ничего такого не делала, но абсолютно уверена, что если захочу сбросить десяток лет, могу спокойно прийти к любому из вас — и все будет прекрасно!»

Зал замер. Это был довольно неловкий момент. Вышеупомянутая актриса на самом деле прошла через руки доброй половины тех, кто присутствовал там в этот вечер, и, в принципе, как опытный пользователь, сама уже могла читать лекции о самых модных и продвинутых операциях.


c90e311cda893565ebac1e570a994991.jpg

Вспомнил я эту историю вот почему: у меня появилась новая пациентка. Тоже актриса, тоже известная. Пришла она с рассказом о том, что «общественность» (это неизвестные люди, которые оставляют разнообразные и часто оскорбительные комментарии к фотографиям в Instagram) уверена, что она уже к своим 40+ годам перекроила себе все, что можно. А на самом деле она пока еще не делала ни-че-го. И раз уж так вышло, то, наверное, пора попробовать — оказывается, она видела, бывают и положительные комментарии по этому поводу, вроде «Молодец, хорошая пластика, естественная». 

Ну, то есть ничего страшного, и «общественность» может даже ее за это похвалить.

Я страшно порадовался такой ее готовности откровенно обо всем рассказать. Я вообще уверен, что действительно ничего такого в этом нет — пластическая хирургия для того и существует, чтобы помогать нам бороться с возрастом и оставаться молодыми (хотя бы внешне) максимально долго. Но почему-то именно тут возникает черная дыра, заговор молчания: мы стесняемся и возраста как такового, и еще больше стесняемся признать, что мы этого стесняемся и пытаемся что-то с этим сделать.

Я прооперировал актрису. Все прошло хорошо. И да, она опубликовала фотографию со мной в своем Instagram… с ни о чем не говорящей припиской, вроде «заехала в гости», три смайлика, поцелуйчик.


4d734c7901c6c48bf4e6589678fa2e46.jpg

Что и требовалось доказать.

Удивительная стыдливость. И, почему-то, в основном именно в отношении круговых подтяжек.

Это, кстати, касается не только женщин. У меня был еще один звездный пациент, актер, который сделал сразу несколько операций. Потом неожиданно выяснилось, что о пластике век он готов публично говорить сколько угодно — рассказывать, делиться опытом, давать советы. Но вот о липосакции (вторая «стыдная» операция — мы не только не стареем, мы еще и не толстеем!) или подтяжке лица — никогда и ни за что.

То есть признаться, что мы рьяно боремся с теми данными, которые нам дала природа — меняем форму носа и разрез глаз, убираем лопоухость, — это ок. 
Но никто не готов отказаться от идеи, что наши лица будут вечно молодыми.

Ну разве это не странно? Ведь в возрасте и старении нет ничего неестественного, это такой же запланированный и запрограммированный генами 
процесс, как и птоз век, который у многих проявляется чуть ли не в 20 лет.

Но нет. Все, что угодно, только не честное «да, я сделала подтяжку». Люди маскируют эту «страшную» информацию любыми эвфемизмами: «хожу на уколы», «мне посоветовали альтеру и термаж». Под «уколами» обычно скрывается нитевой лифтинг, под «альтерой с термажем» — полноценная двухчасовая операция. Мыльный пузырь, лопающийся с завидной регулярностью на потеху публике, которой только дай порассуждать на тему того, сделала ли звезда X пластику, а если да — то чего именно, и насколько хорош был ее врач.

В этом смысле мне гораздо симпатичнее позиция Рене Зельвегер: она взяла и сказала, что да, она сделала такую пластику, которую ей захотелось, и катитесь вы ко всем чертям со своей критикой. Потому что она — хозяйка своего лица и своей жизни. Или Робин Райт, которая в ответ на вопрос о ботоксе расхохоталась: «Вы шутите, что ли? Все делают это».


d35db29e1367433e89a35da098273b4f.jpg

Возвращаясь к моей пациентке, 45-летней бабушке, которой «веки делать слишком рано». Операцию я ей все же сделал (и вы бы видели, какой букет потом она прислала мне в клинику с запиской: «Доктор, спасибо вам, я счастлива!»). Никакого насилия, поверьте, пришла сама. Как в известном сериале «Шерлок Холмс» — помните, маньяк-убийца-таксист утверждал: «Я с вами просто поговорю и вы сами примете эти пилюли!» Так вот, я спросил ее, почему, как ей кажется, голливудские звезды – Мадонна, Николь Кидман, Анджелина Джоли так круто выглядят в 45 и 55?


b80f4dd3dde02cdda9df8f54a9fd2d1f.jpg

Потому что свои анти-эйдж операции они делалали вовремя! А Джоли вообще пошла на очень травматичную процедуру – выламывание и перенос челюсти, которую провела в районе 40 лет.
Теперь ее овал идеален.

В конце концов, мы живем в эпоху тотального самолюбования. Так что давайте уже перестанем стесняться по таким странным и надуманным поводам — и правда, все заживем лучше и спокойнее. И будем вечно молодыми.
Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | ... | 7 | След.

институт красоты ольховке, институт пластической хирургии, институт красоты, верхняя блефаропластика реабилитация

реабилитации, реабилитация, блефаропластику, института пластической хирургии, хирург

фото после блефаропластики дням

после, пластической хирургии, институт

блефаропластики, блефаропластики, блефаропластики, блефаропластики, блефаропластики, блефаропластики, блефаропластики, фото, фото,
после, после, после, после, после, после, после, после, после, после, после, после, после, после, после, после, блефаропластики, блефаропластика, блефаропластика, 
блефаропластика, блефаропластика, 

Блефаропластика (пластика век)

Это операция, направленная на коррекцию тканей. Основной причиной обращения к пластическому хирургу для проведения процедуры являются возрастные изменения верхних век. Они проявляются избытком дряблой кожи века, мелкими морщинами, появлением жировых грыж которые можно устранить сделав операцию и в результате получив красивые и подтянутые веки. Другим распространенным желанием является европеизация восточного типа век. Она заключается в создании выраженной складки верхнего века, что вполне реально при блефаропластике. 

Проводя анализ возрастных изменений лица, нельзя рассматривать веки изолированно, необходимо подходить комплексно ко всей периорбитальной области. С возрастом под действием силы тяжести происходит опущение бровей, появляются избытки кожи и деформируются веки. Формируется кожная складка в области верхнего века, которая может наплывать на ресницы. В результате работы лобной мышцы и мышц межбровья образуются морщины. Жировая клетчатка, находящаяся в орбите, с течением времени начинает выступать вперед, что приводит к образованию жировых грыж в области верхних век. Птоз (опущение) тканей средней зоны лица ведет к формированию носослезной и векощечной борозды. Все эти факторы необходимо учитывать при планировании объема омоложения данной области при помощи блефаропластики верхних век, соответственно от типы деформаций и стадии развития будет варьироваться цена услуги.

увеличение груди, 

увеличению груди

увеличение груди,

увеличение груди,увеличение груди,увеличение груди, увеличение груди, грудь, грудь, грудь, грудь, грудь, грудь, грудь, грудь,
 грудь, увеличению, увеличения, грудью, увеличения груди, увеличения груди, увеличения груди, увеличения груди, увеличение,
увеличении, груди, груди, груди, груди, груди, груди, груди, груди, груди, груди, груди, груди, груди, груди, груди, груди,реабилитация,реабилитация,блефаропластику, косметология, институт пластической хирургии, косметологии 

реабилитация

Публикации

Контакты

Телефон для записи на консультацию: +7 (499) 130-80-69
Email: dr.chemyanov@mail.ru